Елена подняла бокал шампанского, улыбаясь своей подруге Ольге. День рождения прошёл отлично — в кафе собрались около двадцати человек, смех не стихал, и впервые за много месяцев она почувствовала себя просто женщиной, а не только мамой годовалой Юлии.
— За твоё счастье! — сказала она, как раз когда её телефон резко зазвонил.
— Елена, ты где?! — Голос Михаила был заметно раздражён. — Наша дочь кричит уже полтора часа!
— Михаил, я же говорила, что задержусь. Ольга празднует всего раз в году. Мы договаривались…
— Ты обещала прийти через два часа! А прошло уже три!
Елена отошла от стола, чтобы не мешать остальным.
— Попробуй дать ей бутылочку воды. Может, ей просто жарко.
— Я всё перепробовал! Юля заболела, ей нужна мама!
— Миша, успокойся. Проверь подгузник — может, он натирает. Я буду через час.
— Нет! Приходи домой прямо сейчас! — Михаил почти кричал. — Или тебе плевать на свою дочь?
— Ладно, приду на десять минут раньше.
— Елена, ты… — Гудок. Он бросил трубку.
Елена вернулась к столу, но настроение было испорчено. Подруги собрались вокруг неё с беспокойством.
— Что случилось? — мягко спросила Ольга.
— Юля плачет, а Миша не может её успокоить. Говорит, она заболела.
— Господи, он же мужчина! — вставила Татьяна. — Мой Игорь тоже поначалу паниковал. Думал, ребёнка сломаешь, если дотронешься.
— А мой муж до сих пор не понимает, почему дочь плачет, — засмеялась Марина. — Зовёт меня по любому пустяку.
— Девочки, может, мне всё-таки пойти? — засомневалась Елена.
— Это твой первый выход за три месяца! — жёстко сказала Ольга. — Он может подождать час. Пусть учится быть отцом.
Елена пыталась вернуться к разговору, когда Михаил ворвался в кафе с плачущей Юлей на руках.
— Вот она! — проревел он через весь зал. — Мать года! Пока её дочь умирает, она тут развлекается!
Все разговоры прекратились. Люди повернулись, чтобы посмотреть, и Елена покраснела.
— Миша, что ты делаешь? — тихо сказала она.
— Делаю то, что должен был сделать час назад! — Михаил театрально качал плачущую дочь. — Приношу умирающую дочь её безответственной матери!
— Перестань устраивать сцену, — встала Ольга. — Это неуместно, и, напомню, ребёнок твой тоже.
— Не вмешивайся! — огрызнулся он. — Это ты её от Юли оторвала. Смотри, — он показал на мокрые глаза ребёнка.
— Потише, молодой человек, — обратился к нему седой мужчина за соседним столом. — Люди хотят поесть.
— Не ваше дело! — рявкнул Михаил. — Моя жена бросила больного ребёнка!
— Миша, пожалуйста, — Елена встала, взяла дочь. Юля почти сразу успокоилась у неё на руках.
— Оля, извини, — сказала она подруге. — Мне надо идти.
— Конечно, должна! — зло усмехнулся Михаил. — Наконец-то вспомнила о материнских обязанностях!
— Не извиняйся, — Ольга обняла её. — Это не твоя вина.
— Да чтоб тебя! — не выдержала Татьяна. — Нормальные мужчины так не поступают!
Михаил собрался возразить, но к их столу уверенно подошёл управляющий кафе.
— Извините, но я вынужден попросить вас уйти. Вы мешаете другим гостям.
Дома Елена сняла с дочери кофточку и нашла ярлык, который торчал внутри воротника и оставил красную отметину на нежной коже.
— Вот тебе и вся болезнь, — показала она мужу. — Ярлык натирал.
— Откуда мне было знать? — пожал он плечами, усаживаясь на диван.
— Как? Раздеть и посмотреть!
— Слушай, я не нанимался в няньки. Это женская работа.
Елена повернулась к нему.
— Что ты сейчас сказал?
— То, что сказал. Я работаю, обеспечиваю семью. Дети — твоя обязанность.
— Миша, ты унизил меня перед всеми из-за ярлыка на одежде!
— Зато теперь знаешь — матери место дома, а не в кафе с подругами.
— Ты серьёзно? — Елена не могла поверить. — Миша, я работаю удалённо, веду три проекта одновременно, забочусь о ребёнке, готовлю, убираюсь… Когда мне отдыхать?
— Отдыхать? — фыркнул Михаил. — Сидеть дома с ребенком — это отдых. Попробуй поработать в офисе десять часов!
— Попробуй не спать ночами с кричащим ребёнком! — вспылила Елена.
— Да ладно, что там сложно? Покорми её, поменяй подгузник…
— Именно! Что там сложного? А ты даже ярлык не смог найти!
Михаил схватил ключи от машины.
— Всё, надоело. Поеду к Сергею, чтобы отдохнуть от этого семейного счастья.
— Иди, — тихо сказала жена. — Как всегда.
Елена посмотрела на закрытую дверь, с тихой дочкой на руках. Быстро собрала вещи малышки в сумку, одела Юлю и вышла из квартиры.
Через полчаса она стояла перед дверью свекрови с чемоданом и коляской.
— Елена? — Анна Петровна удивилась. — Что случилось?
— Я ухожу от Михаила. Можно мы у вас останемся на пару дней?
— Конечно, заходи. Расскажи, что этот дурак натворил теперь.
— Он устроил сцену в кафе на глазах у всех, — сказала Елена, усаживаясь на диван и укачивая Юлю. — Кричал, что я ужасная мать, что наша дочь умирает… А оказалось, что ярлык натирал. Даже не попытался разобраться.
— Господи, какой позор, — покачала головой свекровь. — А потом?— Потом он сказал, что дети — исключительно женское дело. Что он не нянька.
— Понятно, — сухо сказала Анна Петровна. — Значит, Юля ему не дочь?
— Именно. И знаешь, что меня больше всего бесит? Он считает, что сидеть дома с ребёнком — это отпуск.
— Глупая я была, — вздохнула старшая женщина. — Разбаловала мальчишку. Думала, женитьба его исправит. А он только хуже стал.
На следующий день Михаил явился к матери, злой.
— Мам, где моя жена? Она должна вернуться домой!
— Она никуда не пойдёт, — спокойно ответила Анна Петровна. — А ты объясни сначала, зачем цирк устроил в кафе?
— Какой цирк? Я защищал интересы своей дочери!
— От ярлыка на одежде? — с холодком спросила мать. — Елена мне всё рассказала.
— Не слушай её, мама! Она преувеличивает! — Михаил нервно ходил по комнате. — Выгони её отсюда, пусть домой идёт!
— Михаил, сядь, — строго сказала Анна Петровна. — Будем говорить по-серьёзному.
— О чём? Жена обязана быть дома!
— У Елены больше прав жить в той квартире как у матери моей внучки. А ты… ты меня разочаровал.
— Мам, я деньги зарабатываю!
— И Елена тоже работает. Из дома, через интернет, но работает. И ещё ребёнка растит, и весь дом на ней. А ты что делаешь?
— Я обеспечиваю семью!
— Так обеспечивай спокойно. Помнишь, как тяжело мне было одной тебя поднимать после смерти отца? Я думала, ты поймёшь, что такое ответственность.
— Да ладно, это не то же самое. У меня работа тяжёлая, стрессовая…
— А у неё, значит, лёгкая? — с сарказмом сказала мать. — Михаил, когда ты последний раз вставал к ребёнку ночью?
— А зачем? У неё молоко есть!
— Когда ты последний раз играл с дочкой? Гулял с ней? Купал её?
Михаил промолчал, поняв, что ему нечего ответить.
— Мама, я устаю на работе…
— Она тоже! Но истерик в общественных местах не устраивает!
В глазах Михаила сверкнула злость.
— Хорошо! Найду себе другую женщину и на ней женюсь! Пусть эта сидит одна с ребёнком!
— Попробуй, — спокойно ответила мать. — Только сначала алименты плати вовремя. Я прослежу за этим.
— Мама, ты чья мать? Моя или её?
— Я мать взрослого мужчины, который должен отвечать за свои поступки. А сейчас я вижу инфантильного эгоиста.
Через месяц развод был оформлен. Михаил торжествовал — наконец-то свобода! Он даже привёл домой новую знакомую, Светлану, блондинку из соседнего отдела.
— Миша, у тебя такая красивая квартира! — восхитилась она, осматриваясь.
— Пустяки, — усмехнулся Михаил. — Скоро переделаю тут всё, куплю новую мебель. Теперь, когда я избавился от семейного балласта, могу жить для себя.
— А твоя бывшая жена? — спросила Светлана.
— А что с ней? Живёт у моей мамы с ребёнком. Пусть там сидит и занимается воспитанием.
— А алименты?
— Какие алименты? — отмахнулся Михаил. — Моя мама не бедствует, они не будут голодать.
Они сидели на кухне, когда дверь открылась ключом. Вошла Анна Петровна, за ней — Елена с Юлей.
— Зачем ты её сюда привела? — с тревогой спросил Михаил мать, увидев бывшую жену с ребёнком.
— Возвращаю законных хозяев, — объявила Анна Петровна. — Квартира теперь принадлежит моей внучке Юле. А ты, молодая женщина, можешь быть свободна.
— Мама, ты что делаешь? — закричал Михаил.
— То, что я должна была сделать раньше. Собирай вещи, ты переезжаешь ко мне.
— Миша, что происходит? — спросила Светлана, растерянно.
— Ничего особенного, — холодно сказала Анна Петровна. — Сын забыл упомянуть, что квартира была переписана на внучку ещё полгода назад. Я предвидела такой исход.
— Мама, ты не можешь так поступить! — взмолился Михаил.
— Могу. И сделаю. Елена, чувствуйте себя как дома.
Светлана схватила сумку и, не прощаясь, выбежала за дверь.
— Света, подожди! — закричал Михаил ей вслед, но дверь уже хлопнула.
Прошло два года. Михаил понял, что друзья его избегают — устали от вечного нытья. Мать разговаривала с ним холодно и категорически запретила приводить новую женщину в её квартиру.
Он набрал номер Елены.
— Леночка, давай поговорим. Может, получится начать всё сначала?
— Возвращаться не к чему, Миша. Я уже дома.
— Но мы же семья! Юле нужен отец!
— Ты можешь быть отцом и после развода. Никто не мешает тебе видеться с дочерью.
— Слушай, может, я помогу с ремонтом детской?
— Спасибо, уже сделано. Виктор помог.
— Что? Кто такой Виктор? — напрягся Михаил.
— Коллега. Очень хороший человек. Кстати, завтра пригласил меня в кафе.
— Пойдёшь?
— Думаю, да. Пора начинать жить без тебя.
— Кто вообще этот парень? Какой-то случайный мужик?
— Не случайный. Уже три месяца помогает мне. С Юлей играет, продукты приносит, когда я болею.
— А деньги он тебе тоже даёт? — язвительно спросил Михаил.
— Нет, Миша. Он помогает потому, что хочет. Без истерик и упрёков.
Михаил сидел в комнате матери и смотрел в потолок. Всё рухнуло из-за какой-то дурацкой бирки на одежде. Нет — из-за его неспособности просто раздеть ребёнка и посмотреть, что её беспокоило.
Зазвонил телефон. Елена.
— Миша, я не знала, говорить ли тебе, но, наверное, ты должен знать. Виктор сделал мне предложение.
— Что?! — выкрикнул Михаил. — И ты что ответила?
— Я подумаю. Но, знаешь… он не устраивает скандалы на людях. Ему нравится проводить время с Юлей. Я ещё не решила, но…
— Леночка, подожди… Ты ведь не можешь серьёзно! Мы прожили вместе пять лет!
— И что? Эти пять лет дают тебе право кричать на меня при всех?
— Я не хотел! Просто ты меня бесишь своей «правотой» иногда!
— Видишь? Даже сейчас ты не можешь нормально разговаривать.
— Лена, давай попробуем ещё раз!
— Нет, Миша. Виктор показал мне, как мужчина может относиться к женщине. Он Юле сказки на ночь читает и не считает это чем-то унизительным.
— Я тоже могу читать эти дурацкие сказки!
— Они не дурацкие — они важны для нашей дочери. Но ты этого не понимаешь.
— Понимаю! Я просто устал работать на вас двоих!
— Вот именно. «Для нас». Виктор говорит «для нас», а не «на нас». Чувствуешь разницу?
— Леночка, подожди…
— Всё решено. Прости, но семья, которую мы пытались построить, закончилась в тот день в кафе. Навсегда.
Гудки. Михаил медленно опустил трубку и понял, что получил ровно то, чего хотел — полную свободу от семейных обязательств. Только радости это совсем не принесло.
В соседней комнате он услышал голос матери по телефону:
— Конечно, Леночка, я буду на твоей свадьбе. Это твой выбор, и моя внучка…
Михаил выбежал из комнаты.
— Мама! Что ты делаешь?
— Разговариваю с Еленой. Она пригласила меня на свадьбу.
— Ты не можешь идти! Я твой сын!
— И что? Это дает тебе право портить жизнь хорошей девушке?
— Хорошая девушка? Она меня бросила!
— Она поступила правильно. Будь я на ее месте, ушла бы гораздо раньше.
— Спасибо за поддержку, мама!
— Поддержка бывает, когда ты ее заслуживаешь. Сейчас ты заслуживаешь только правду.
— Какую правду?
— Что ты эгоист, Миша. Ты думаешь только о себе.
— Я работал! Я деньги домой приносил!
— И думал, что этого достаточно. А твоя жена должна была молчать и терпеть твои вспышки.
— Какие вспышки? Я не пил, не изменял!
— Но ты все время кричал. Унижал ее. Стыдился своей собственной дочери.
— Я не стыдился! Я просто не знал, что с ней делать!
— Ты должен был любить ее, Миша. Просто любить.
Через неделю Михаил встретил Елену у детского сада. Она забирала Юлю, а рядом стоял высокий мужчина в очках.
— Лена!
Она обернулась. Ее лицо стало настороженным.
— Привет, Миша.
— Это он? — Михаил кивнул на мужчину.
— Виктор, это Михаил, отец Юлии.
Виктор протянул ему руку.
— Приятно познакомиться.
— Я не могу сказать то же самое, — пробормотал Михаил, не пожимая руку.
— Миша, не начинай, — предостерегла Елена.
— Не начинать что? Это моя дочь!
— Никто не спорит. Ты можешь видеть ее по выходным.
— Под его присмотром, да?
— Конечно нет. Но если захочешь забрать ее на выходные, скажи мне заранее.
— А, теперь я должен спрашивать разрешение?
— Не только должен — обязан. Я ее опекун, а ты просто отец… биологический отец.
— Папа! — закричала Юля, выбегая из детского сада.
Девочка бросилась в объятия отца. Михаил поднял ее.
— Привет, солнышко. Я скучал по тебе.
— Я тоже по тебе скучала! А дядя Витя сказал, что мы пойдем в зоопарк!
— Дядя Витя? — Михаил поморщился от этих слов.
— Ага! Он очень добрый. Покупает мороженое и читает книжки!
— Понятно. Купил мою дочку мороженым. Как ты смеешь! Ты лезешь в мою жизнь!
— Не в твою — в их, — объяснил Виктор. — А из их жизни ты сам ушел.
— Я не ушел! Меня выгнали!
— Юля, пойдем, — вмешалась Елена. — Пора домой.
— Лена, подожди! — позвал Михаил. — Не уходи!
— Зачем мне оставаться? Чтобы ты опять устроил сцену?
— Я не устраиваю сцен!
— Устраиваешь, папа, — тихо сказала Юля. — Ты всегда кричишь на маму.
Михаил замер. Слова его трехлетней дочери были хуже любого упрека.
— Юля, я…
— Мне страшно, когда ты кричишь.
— Достаточно, — сказала Елена. — Юля, пойдем.
Они ушли. Михаил остался один у детского сада, понимая, что потерял не только жену, но, возможно, и дочь. И винить в этом мог только себя.