Валя проснулась и сразу поняла, что что-то не так. Олег уже встал, возился на кухне. Раньше, после того как её выписали из больницы, он всегда приносил ей чай в постель.
— Олег, ты здесь? — позвала она.
— Да, да. Я готовлю завтрак.
Брак
Его голос прозвучал как-то отстранённо. Валя нахмурилась. Что вообще происходит? Три недели в кардиологии, операция, её выписали только вчера — а он ведёт себя так, будто она просто уезжала на дачу на время.
Она встала и пошла на кухню. Олег стоял к ней спиной, жарил яйца.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не оборачиваясь.
— Нормально. Но что случилось?
— Ничего не случилось.
Валя уставилась на него. Они были женаты тридцать пять лет — она знала каждую интонацию его голоса. Он лгал.
— Олег, я серьёзно спрашиваю.
— И я серьёзно отвечаю. Ничего.
Он повернулся и натянуто улыбнулся. Валя почувствовала острый укол в сердце. Только бы не аритмия снова!
— Ладно, — тихо сказала она.
Они завтракали в молчании. Олег листал телефон, иногда что-то бормоча себе под нос. Валя жевала кусок хлеба—он был сухим и неприятным на вкус. После больницы всё казалось невкусным.
— Вчера звонила Люда, — сказала она. — Хотела зайти.
Олег вздрогнул так резко, что чуть не пролил кофе.
— О… и что она сказала?
— Сказала, что придёт сегодня. Странно, правда? Ни разу не навестила меня в больнице, а теперь вдруг соскучилась.
— Не знаю. Может, занята была.
Валя нахмурилась. Чем занята? Люда на пенсии, детей нет, живёт одна. Весь день ходит к подругам и обсуждает сплетни.
В дверь позвонили около обеда. На пороге стояла Люда с букетом—дешёвые розы в целлофане.
— Валечка! — воскликнула она, всплеснув руками. — Я так за тебя переживала!
Она обняла и поцеловала её. Валя уловила запах дорогих духов—новых. Раньше Люда пользовалась «Красной Москвой».
— Заходи. Расскажи, как у тебя дела.
— О, у меня ничего интересного… — Люда нервно ёрзала на стуле. — А у тебя? Болит сердце?
— Сейчас нет. А ты? Ты какая-то… нарядная.
Люда покраснела и отвела взгляд.
— Глупости. Я просто… была у парикмахера.
Валя внимательно посмотрела на подругу. Причёска и правда новая — модная, дорогая. И этого синего облегающего платья она раньше не видела. А макияж… Когда Люда в последний раз красилась так тщательно?
— Ты красивая, — искренне сказала Валя.
— Ой, брось. Какая тут красота в нашем возрасте?
— В нашем возрасте как раз пора подумать о себе.
Люда снова покраснела и начала бормотать что-то про возраст. Валя слушала и думала: ведёт себя, как влюблённая школьница. Неужели кого-то встретила?
— А где Олег? — вдруг спросила Люда.
— На работе. А что?
“Без причины… Как он справился с твоей болезнью? Он, должно быть, переживал.”
Валя замолчала. Она вспомнила те три недели в больнице. Олег навещал её через день, сидел двадцать минут и говорил о погоде. Он ни разу не спросил, боится ли она или ей больно. Он ни разу не взял её за руку.
Время и календари
“Он переживал,” – солгала Валя.
“Мужчины такие…” – вздохнула Люда. “Они не умеют показывать свои чувства.”
“Да. Не умеют.”
Люда быстро ушла, сказав, что у неё дела. Валя проводила её и задумалась. Что-то не сходилось. Подруга вела себя странно, муж стал чужим… и всё это началось после операции, когда Валя нуждалась в поддержке больше всего.
В тот вечер Олег пришёл домой поздно. Сказал, что его задержали на работе.
“Олег, нам нужно поговорить.”
“О чём?”
Брак
“О нас. Ты изменился с тех пор, как я заболела.”
Он застыл у вешалки, не оборачиваясь.
“Я не изменился.”
“Изменился. И я хочу знать, почему.”
Повисла тишина. Олег повернулся и долго смотрел на неё.
“Я устал, Валь.”
“Устал от чего?”
“От всего. Больницы, таблетки, всё… это.”
Он махнул рукой по квартире.
“Ты устал от меня?”
Олег не ответил.
И это был ответ.
Олег ушёл через неделю. Он собрал вещи, пока Валя была у врача на приёме.
“Олег, что ты делаешь?” — Валя стояла в коридоре, смотря на пустой шкаф.
“Мне нужно подумать.”
“О чём подумать? Мы прожили вместе тридцать пять лет!”
“Именно поэтому мне надо подумать.”
Он избегал её взгляда, нервно перебирая ключи в руках.
“А где ты будешь жить?”
“Пока поживу у Люды.”
Вале показалось, что земля ушла из-под ног. Значит, вот оно что. Подруга, новые духи, причёска…
“Как долго?”
“Что — как долго?”
“Олег, я не глупая. Сколько это длится между вами?”
Он помолчал, затем тихо ответил:
“Около трёх месяцев.”
Три месяца. Пока она лежала в больнице, страдая и боясь умереть, он утешался с её лучшей подругой.
“И что теперь?”
“Я не знаю. Правда, Валя, не знаю.”
Он ушёл.
Валя закрыла дверь и оперлась на неё спиной. Тишина в квартире стала оглушающей.
Первую неделю она почти не выходила на улицу. Лежала на диване, смотрела телевизор. У неё болело сердце—то ли от лекарств, то ли от горя, она не знала.
Дочь позвонила из Петербурга.
“Мама, как ты? Папа не отвечает на звонки.”
“У нас… трудности сейчас.”
“Какие трудности?”
“Потом расскажу. Не переживай.”
Но как она могла не волноваться? Дочь чувствовала, что происходит что-то серьёзное.
Люда не показывалась. Валя почти обрадовалась этому. Она не знала, что бы сказала, если бы они встретились.
Через месяц у Вали закончились деньги. Олег перевёл ей половину своей пенсии, но этого было недостаточно. Валя поняла, что должна что-то делать.
Время и календари
— Галя, ты не знаешь, где можно найти работу? — спросила она соседку.
— Что случилось? —
— Олег ушёл.
Галя ахнула и села на табуретку.
— Как ушёл? Куда он делся?
— К подруге. К Люде.
— Ох, Валь… А я думала, что мне показалось, когда увидела, как он целовался с какой-то женщиной в лифте.
Валя кивнула. Гале не показалось.
— Ты знаешь, где можно поискать работу?
— В школе нужна уборщица. Если хочешь, могу поговорить с завучем.
Валя согласилась. У неё не было другого выбора.
Она проработала в школе два месяца. Мыла полы и протирала парты. Дети вежливо её приветствовали, а учителя относились с пониманием. Но Валя чувствовала себя не на месте.
— Валентина Петровна, не хотите поработать с нами в библиотеке? — предложила библиотекарь Ирина. — Нам нужна помощница.
— А что надо делать?
— Разбирать книги, следить за каталогами. Вы ведь образованная — университет заканчивали.
Валя перешла работать в библиотеку. Оказалось, ей там нравится. Она всегда любила читать, а теперь ещё и общалась с людьми. Пенсионеры брали детективы, школьники — книги из списка обязательного чтения.
Однажды Ирина спросила её: — Валентина Петровна, что у вас с мужем случилось?
— Он ушёл к моей подруге.
— Дурак, — просто сказала Ирина. — Вы такая хорошая женщина.
Валя улыбнулась. Ей давно никто не говорил ничего доброго.
Постепенно жизнь стала налаживаться. Валя записалась в бассейн — врач сказал, что это полезно для сердца. Там она познакомилась с женщинами своего возраста. Оказалось, у многих похожие истории.
— Мой влюбился в пятьдесят восемь лет, — рассказала ей Тамара. — В продавщицу. Год мучился, потом вернулся. Сказал, что она дура, ничего не понимает.
— А ты его простила?
— Нет. Уже было поздно. Я привыкла жить одна.
Валя слушала и думала: а что будет, если Олег захочет вернуться? Простит ли она его?
Через полгода она случайно встретила Люду в магазине. Бывшая подруга выглядела усталой и постаревшей.
— Привет, — неуверенно сказала Люда.
— Привет.
— Как ты?
— Нормально. А ты?
Люда отвела взгляд.
— Всё сложно.
— Понятно.
Они постояли молча. Валя ждала, думала, вдруг Люда попросит прощения или объяснит что-то. Но Люда только вздохнула и ушла.
Олег позвонил в субботу утром. Валя как раз собиралась идти на плавание.
— Алло?
— Валь, это я.
— Я слушаю.
— Может… встретимся?
Валя помолчала. Его голос звучал устало, почти надломленно.
— Зачем?
— Нам надо поговорить.
— А о чём говорить? Всё уже сказано.
— Валь, прошу.
Они встретились в парке возле дома. Олег сидел на скамейке и курил. Раньше он никогда не курил.
«Когда ты начал?» — спросила она, кивнув на сигарету.
«Недавно. Нервы.»
Он сел рядом с ней, но не слишком близко. Валя изучающе посмотрела на него. Он похудел и выглядел измотанным. Его рубашка была мятая.
«Что ты хотел сказать?»
«Я ошибся, Валя.»
«Какую ошибку?»
«Всё. Люда, то что я ушёл от тебя… Я был идиотом.»
Валя кивнула и ждала, что он скажет дальше.
«У неё такой характер…» — Олег потер лоб. — «Она оказалась совсем другой.»
«В чём другой?»
«Она постоянно затевает ссоры. Каждый день у неё какие-то жалобы. Посмотрю не так, скажу не так. И готовить она совсем не умеет.»
Время и календари
Валя усмехнулась. Не умела готовить. Вот причина.
«И что теперь?»
«Я хочу вернуться домой.»
«К жене или к её борщу?»
Олег вздрогнул.
«К тебе. Я тебя люблю.»
«Ты меня любишь?» — Валя повернулась к нему. — «А когда я лежала в больнице, где твоя любовь была?»
«Валя, не надо…»
«Нет, об этом надо поговорить. Мне было страшно, понимаешь? Я думала, что умру. А ты целовался с моей подругой.»
Олег опустил голову.
«Прости меня.»
«Слишком поздно для прощения. Я теперь другая.»
«В чём другая?»
Валя встала и поправила пиджак.
«Я живу одна. Работаю. У меня есть друзья.»
«Валя, я изменюсь…»
«Олег, мне почти шестьдесят. У меня нет времени на эксперименты.»
Она ушла.
Олег позвал её вдогонку.
«Хоть подумай!»
Валя не обернулась.
Тем вечером её соседка Галя позвонила.
«Валя, твоя Люда сегодня плакала в подъезде.»
«Где она плакала?»
«У почтовых ящиков. Я спросила, что случилось, и она сказала, что всё пропало.»
«Что пропало?»
«Ничего не сказала. Просто плакала.»
Валя задумалась. Видимо, с Олегом всё совсем плохо.
На следующий день она встретила Тамару из бассейна.
Время и календари
«Валя, твой муж уже начал просить тебя взять его обратно?»
«Откуда ты знаешь?»
«Все мужчины одинаковы. Позабавятся с новой, а как начинается быт — бегут к жёнам.»
«Люде не двадцать, ей почти столько же лет, сколько нам.»
«Ну да, но она была для него новой. А теперь что? Стирка, готовка, лекарства покупать. Вся романтика закончилась.»
Тамара была права. Олег привык, что жена делает всё. А Люда, видимо, ждала принца на белом коне.
Через неделю Олег снова позвонил.
Брак
«Валя, я ушёл от неё.»
«Куда ты ушёл?»
«Снимаю комнату. Я больше не могу.»
«И что мне с этого?»
«Давай попробуем снова.»
«Нет.»
«Почему?»
Валя вздохнула. Почему? Потому что было больно. Потому что доверие было разрушено. Потому что она уже привыкла к другой жизни.
«Потому что я тебя больше не жду.»
«В смысле, не ждёшь?»
«Именно это. Я живу свою жизнь.»
Олег долго молчал. Потом тихо сказал:
«То есть всё?»
«Всё, Олег.»
Она повесила трубку. Руки дрожали, но на сердце стало легче, словно с плеч свалился огромный груз.
На работе Ирина спросила:
— Ты сегодня какая-то другая.
— Что ты имеешь в виду?
— Спокойная как-то. Уравновешенная.
Валя улыбнулась. Спокойная. Именно это слово подходило лучше всего.
Она наконец перестала ждать. Перестала надеяться, что всё вернётся на круги своя.
Ничего не нужно было возвращать.
У неё была теперь другая жизнь.
И ей эта жизнь нравилась.
Прошел год.
Валя стояла у окна библиотеки и смотрела на осенний двор. Желтые листья кружились на ветру.
— Валентина Петровна, к вам пришли, — сказала Ирина.
Валя обернулась.
Люда стояла в дверях. Худая, с серым лицом, выглядела лет на десять старше.
— Привет, — тихо сказала она.
— Здравствуй.
Люда подошла к столу и села на стул для посетителей.
— Можем поговорить?
— Говори.
— Я хотела… извиниться.
Валя кивнула и ждала.
— Я всё испортила. И себе, и тебе. Я была дурой.
— Была.
— Он больше ко мне не приходит. Твой Олег.
— Он мне больше не принадлежит.
Люда подняла глаза. Они были красные и опухшие.
— И меня он не хочет. Говорит, устал от всего. А ты его не берёшь обратно.
— Верно.
— Валь, может… может, мы помиримся? Мне так одиноко…
Валя посмотрела на бывшую подругу. Ей было жаль её — сидела, просила прощения. Но простить не могла.
— Уже поздно, Люда.
— Почему поздно?
— Потому что доверие нельзя просто возродить. Ты предала меня, когда мне было хуже всего. Значит, сможешь предать снова.
Люда тихо заплакала, уткнувшись в платок.
— И что мне теперь делать?
— Продолжай жить. Живи по-другому.
— Как жить по-другому? Мне почти шестьдесят…
— И мне тоже. И всё равно живу.
Люда ушла, не попрощавшись.
Валя смотрела ей вслед и вздохнула. Всё закончилось грустно.
В тот вечер к ней зашла соседка Галя.
— Валь, опять Олег приходил.
— Когда?
— Вчера вечером. Стоял под твоими окнами, курил. Потом ушёл.
— Понятно.
— Может, поговоришь с ним?
— Не буду. Всё уже решено.
Галя покачала головой.
— Мне его как-то жалко.
— А меня кто пожалел?
— Я и тебя жалела. Но вы столько лет вместе прожили…
— И что? Это ему даёт право меня предавать?
Галя промолчала.
Валя была права.
В субботу она пошла в бассейн. Медленно плавала и думала о своей жизни. Год назад казалось, что всё закончилось.
А сейчас?
У неё была интересная работа, новые друзья, а здоровье стало лучше.
— Валь, пойдём сегодня в театр? — предложила Тамара. — У меня есть лишние билеты.
— Давай.
Раньше Валя ходила в театр только с Олегом. А ему это не нравилось — всегда говорил, что скучно.
Теперь она ходила с кем хотела.
В антракте она встретила доктора, которого знала из поликлиники, Михаила Сергеевича.
— Валентина Петровна! Как вы себя чувствуете?
« Отлично. Давление в норме, и сердце меня не беспокоит. »
« Замечательно. А как твоя личная жизнь? »
« Всё в порядке, » — сказала Валя с улыбкой.
Михаил Сергеевич был вдовцом, умным человеком. Иногда после приёма они разговаривали — о книгах, о жизни.
« Может быть, как-нибудь выпьем кофе? » — предложил он.
« Почему бы и нет? »
Тамара подтолкнула её локтем.
« Валя, он тебе нравится? »
« Пока не знаю. Посмотрим. »
Она вернулась домой поздно, счастливая. Ей понравились и спектакль, и компания.
Олег стоял у входа в её дом.
Он снова курил, дрожа на ветру.
« Привет, » — устало сказал он.
« Привет. »
« Где ты была? »
« В театре. »
« Одна? »
« С друзьями. »
Он кивнул и потушил сигарету.
« Валя, я прошу тебя в последний раз. Мы можем быть снова вместе? »
Валя спокойно посмотрела на него.
Год назад этот вопрос разорвал бы её на части.
Теперь она чувствовала только лёгкую грусть.
« Нет, Олег. »
« Почему? »
« Потому что я счастлива без тебя. »
Он вздрогнул, как будто она его ударила.
« Счастлива? »
« Да. У меня интересная работа и хорошие друзья. Я сама решаю, что хочу делать. »
« А любовь? »
« А что любовь? Ты показал мне, чего стоила твоя. »
Олег опустил голову.
« Значит, всё действительно кончено? »
« Всё закончилось год назад. Ты понял это только сейчас. »
Он ушёл, ссутулившись.
Когда Валя поднималась в лифте, она подумала, что ей его жаль.
Но каждый выбирает свой путь.
Она выбрала свободу.
И она не жалела об этом.
